ЕСПЧ напомнил необходимые условия проведения психиатрической экспертизы

Из-за многочисленных жалоб гражданки в полиции возникли сомнения в ее здравом смысле. Развеять их правоохранители попросили психиатра, который после опроса соседей и беседы со жалобщицей отклонений в последней не обнаружил. Но жалобщица увидела в таком исследовании неоправданное вмешательство в ее личную жизнь.

В ситуации разбирался Европейский суд по правам человека по делу «Сидорова против России» (заявление № 35722/15), передает информационный ресурс ECHR: Ukrainian Aspect.

Лидия Сидорова подавала многочисленные жалобы в местный отдел полиции о якобы несанкционированном использовании земельного участка возле дома, где проживала ее семья. Она также утверждала о планировании покушений на ее убийство. Начальник отдела полиции направил в психиатрическую и наркологическую службы письмо, в котором просил осмотреть (проверить) жалобщицу по ее месту жительства. После опроса соседей, а также посещение Л.Сидоровой психиатр сообщил полиции, что в жалобщицы нет психических расстройств.

На действия психиатра Л.Сидорова пожаловалась в суд, который установил, что вопреки действующему законодательству, психиатр не получил согласие заявительницы на проведение психиатрической экспертизы и заявительница возражала против такой экспертизы. Так действия психиатра национальный суд признал незаконными.

Также жалобщица подала иск против полиции с требованием признать незаконным решение о подверженности ее психиатрической экспертизе. Но в удовлетворении этих требований суд отказал. Апелляционный суд подтвердил такое решение, а в кассационном пересмотре было отказано.

Тогда Л.Сидорова пожаловалась в ЕСПЧ, где утверждала, что действия полиции противоречили положениям статьи 8 (право на уважение частной и семейной жизни) Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Высокие судьи, ссылаясь на свою прежнюю судебную практику (см. решения по делам «Суриков против Украины», «Христианско-демократическая народная партия против Молдовы», «Авилкина и другие против России», «Пек против Соединенного Королевства», «Z против Финляндии», «Функе против Франции»), подтвердили нарушение Конвенции, что заключалось в сборе полицией медицинских данных о заявителе для неустановленных нужд.

В своем решении Страсбургский суд отметил, что заявитель не была ни подозреваемой, ни обвиняемой в любом уголовном производстве. Правительство также не предоставило никаких доказательств какого-либо административного расследования, проведенного по рассмотрению жалобы на заявителя. Фактически, правительство не подало ни одного экземпляра жалобы, которая касалась бы времени, когда имело место событие. В любом случае, как указано в судебном решении по делу заявительницы, любая из жалоб, которые брались полицией во внимание, имели место в 2012 году, и поэтому соответственно, по мнению Суда, вряд ли могут оправдать сбор медицинских данных заявительницы в 2014 году. Учитывая представленные материалы, суд не увидел ни одной насущной общественной потребности требовать раскрытия конфиденциальной медицинской информации заявительницы. Таким образом, Суд считает, что средства, использованные руководителем отдела полиции при проведении расследования в ответ на заявленные жалобы, не соответствовали поставленной цели.

В связи с этим Суд не оставил без внимания и тот факт, что существовали варианты, отличные от требования разглашение конфиденциальной медицинской информации, которые были доступны для полиции, для того, чтобы отреагировать на представленные жалобы, если таковые и имели место. В частности, они могли бы попытаться получить согласие заявителя на раскрытие информации и / или опросить ее по этому вопросу. Тем не менее, полиция решила добиваться разглашение конфиденциальной медицинской информации, не сообщая заявительнице и не получая согласия или отказа на запрос.

Суд также отметил, что жалобы заявителя рассматривались национальными судами двух инстанций. Ссылаясь на право полиции собирать личные данные, эти суды отклонили требования заявительницы. Суд не усматривает в тексте судебных решений каких-либо усилий национальных органов власти по установлению справедливого баланса между правом заявительницы на уважение ее частной жизни и деятельности полиции, направленной на защиту общественного порядка.

Таким образом, вышеуказанных соображений было достаточно для того, чтобы Суд мог сделать вывод, что сбор полицией конфиденциальной медицинской информации о заявительницы не сопровождался достаточными гарантиями для предотвращения ее разглашения, что несовместимо с уважением к частной жизни заявителя, гарантированным статьей 8 Конвенции.

С полным текстом решения ЕСПЧ по делу «Сидорова против России» (заявление № 35722/15) в переводе президента Союза адвокатов Украины Александра Дроздова, кандидата юридических наук, доцента Виктора Янишена, директора АБ «Дроздова и партнеры» Елены Дроздовой, Яны Токарь и Богдана Трофимова можно ознакомиться по ссылке.

Фото: Pexels

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *